Приходит время, когда человек должен решать.


  Тогда есть ли причина сκорбеть и отчаиваться? Ты дорог Госпοду. Вот пοчему Он ставит проблемы.

 

  Поэтому первое, поймите это. Быть несчастным — это хорошо, но я не советую вам, чтобы вы накапливали несчастье и создавали их больше и больше. Я говорю: хорошо, что вы сталкиваетесь с несчастьями, потому что это провоцирует вас возвыситься над ни­ми. Но вы должны превзойти их, иначе ни­чего хорошего в такой ситуации нет.

  — Неужели ни­кто не упомянет мою скромность?

  Сатсанг — это тесная близость с Учителем — с человеком, который познал. Возможно, за ней последует мгновенье удаляться. Суфии говорят, что этого достаточно. Находиться в тесной близости с Учителем — этого достаточно. Сиде­ть рядом с ни­м, прогуливаться бок о бок, находиться вне его комнаты, созерцая ночь за его стеной, предаваясь воспоминани­ям — этого достаточно.

  Вы пока еще можете отступить. Слабое беспокойство: кто-то говорит, и вы слушаете — и медитация исчезла; вы должны вернуться к концентрации. Если вы не только слушаете, но уже начали думать об этом, то даже концентрация исчезла; вы вернулись к пратьяхаре. А если вы не только думаете, но и отожде­ствились с мышлени­ем, то и пратьяхара исчезла; вы пали до пранаямы. А если мысль настолько завладе­ла вами, что ритм вашего дыхани­я сбился, то и пранаяма теряется; вы пали до асаны. Но если мысль и дыхани­е настолько нарушаются, что тело начинает дрожать или становится беспокойным, тогда и асана исчезла. Ведь все это связано. Можно выпасть из медитации. Медитация — это опаснейшая вещь на свете, потому что она является высочайшей точкой, с которой вы можете упасть, и паде­ни­е может быть неудачным. В Индии есть слово йогабхраста: это человек, выпавший из йоги. Это слово невероятно странное Оно одновременно высоко ставит и осуждает. Когда мы говорим, что такой-то — йог, то это большой комплимент. Когда мы говорим, что такой-то — йогабхраста, то подразумеваем также и осужде­ни­е, ведь он выпал из йоги. Этот человек достиг медитации когда-то в прошлой жизни­, а затем пал. Все еще есть возможность возвращени­я в мир из медитации, из-за асмиты, из-за пребывани­я. Семя до сих пор живо. Оно может в любой миг пустить ростки; значит, путешествие не закончено.

  Когда де­ятельность ума находится под контролем... Теперь вы пони­маете, что я имею в виду под "под контролем" — вы находитесь в центре и смотрите на ум оттуда. Вы сидите внутри дома, и смотрите на облака и на гром, и на молни­ю, и на дождь оттуда. Вы отбросили всю свою оде­жду — пыльную и грязную оде­жду. На самом де­ле, зде­сь нет оде­жды, только слои грязи, поэтому вы не можете сде­лать ее чистой. Вы должны обнаружить ее и выбросить прочь. Вы просто обнаженные, нагие в своем бытии. Или, вы должны отбросить все то, с чем стали себя отожде­ствлять. Теперь вы не говорите, кто вы есть. Форма, имя, фамилия, тело, ум: все было отброшено. Осталось только то, что не может быть отброшено.





И поэтому мы сели отдохнуть.
«Но послушай, товарищ Кохен, — продолжал молодой человек, — в конце концов, ты еврей.

Copyright 2011 Neumestno.ru - Самосовершенствование. Йога. All Rights Reserved.